Свадьба моего сына. 2024

За двадцать лет работы фотографом я свадьбу снимал, кажется, всего один раз — для знакомого. Как-то я не проникся, может быть, не смог переключиться или не настроился, не знаю. Что-то не совпало. Снял, отдал, товарищ вроде был доволен. Я — нет.
Ничего выдающегося, поэтому съемку я не помню. Не помню — значит, говно. Шедевр не заметить сложно. Он, как бриллиант, светится даже в куче всего остального. Если съемка удачная, то, как правило, хороших кадров там несколько. Их видно сразу, это ощущение не спутать ни с чем.
Конечно, уже во время съемки появляется это чувство. Сначала — волнение, как перед прыжком. Ты мысленно вспоминаешь, все ли ты взял, насколько готов. Готовность — это уверенность одновременно с волнением и дрожью.
Бывает, что не готов. Тогда это растерянность или, скорее, потерянность, когда ты все еще ищешь решение, уже выпрыгивая из автомобиля. Так или эдак? Стиль, жанр... В голове каша. Что выбрать? С чего начать? Тут еще не все

потеряно, можно на ходу встроиться. Волнение иногда спасает. Как в воде: ты начинаешь изо всех сил грести к берегу, размашистыми гребками, поднимая тучи брызг, и вот она — твердая опора. Нащупав ее, ты еще слегка покачиваешься, но уже в своей тарелке. Пронесло.
Но бывает спокойствие самоуверенности, когда ты ничего не чувствуешь. Ну, типа все ок. На деле же — просто пустота. А ты не замечаешь беды, будто все хорошо. Тогда и случается это. То самое дерьмо.
Ты поймешь все только тогда, когда увидишь съемку. Когда уже не вернуть ничего. С ужасом смотришь на бездарные снимки, и холодок подкатывает к горлу.
Да, это все. Полный…
В эти моменты остро ощущаешь свою бездарность. Сознание откатывается в прошлое, память подсовывает тебе флэшбэк:
— Овчинников! Ты опять не выучил урок? Пусть мама зайдет ко мне...
Я уехал из Москвы и не снимал уже год или два.

Звонит сын Арсений:
— Отец, мы с Мариной женимся. Свадьба девятнадцатого июня.
— О! Поздравляю!
— Спасибо! Ты будешь?
— Не знаю…
Сеня жил в Москве, я — в Красной Поляне, в Сочи. Переживал развод, много работал. Ехать на свадьбу, чтобы просто посидеть за столом, совсем не хотелось. Не поехать — вроде как нехорошо.
— Ну, поснимаешь, может быть, нас… — сказал сын.
Меня осенило.
Я буду свадебным фотографом на свадьбе собственного сына. Мне не надо будет сидеть за столом и говорить тосты. Не надо будет делать ничего, кроме того, что я умею лучше всего, — снимать.
Я тут же купил билеты. Я уже точно знал, что мне делать и как. Я был абсолютно спокоен и немножко волновался…

За двадцать лет работы фотографом я свадьбу снимал, кажется, всего один раз — для знакомого. Как-то я не проникся, может быть, не смог переключиться или не настроился, не знаю. Что-то не совпало. Снял, отдал, товарищ вроде был доволен. Я — нет.
Ничего выдающегося, поэтому съемку я не помню. Не помню — значит, говно. Шедевр не заметить сложно. Он, как бриллиант, светится даже в куче всего остального. Если съемка удачная, то, как правило, хороших кадров там несколько. Их видно сразу, это ощущение не спутать ни с чем.
Конечно, уже во время съемки появляется это чувство. Сначала — волнение, как перед прыжком. Ты мысленно вспоминаешь, все ли ты взял, насколько готов. Готовность — это уверенность одновременно с волнением и дрожью.
Бывает, что не готов. Тогда это растерянность или, скорее, потерянность, когда ты все еще ищешь решение, уже выпрыгивая из автомобиля. Так или эдак? Стиль, жанр... В голове каша. Что выбрать? С чего начать? Тут еще не все потеряно, можно на ходу встроиться. Волнение иногда спасает. Как в воде: ты начинаешь изо всех сил грести к берегу, размашистыми гребками, поднимая тучи брызг, и вот она — твердая опора. Нащупав ее, ты еще слегка покачиваешься, но уже в своей тарелке. Пронесло.

Читать больше